Чистая вода

Автор статьи: Одед Мизрахи Художник Шмуэль Мушник

Посвящается рабби Гинзбургу в день его рождения (יום חן בשנה), да продлит Всевышний его годы в полном здравии, силе, радости и успехе во всем!

Коби, таксист из Ор Йеуды, нуждался в очень большой сумме денег, чтобы женить сына Ора и также закрыть накопившиеся в банке долги. Поскольку у него не было возможности взять ссуду в банке, он был вынужден взять ссуду «на сером рынке». Он очень колебался, слыша о подстерегающей опасности от подобных ссуд. Но приближающаяся дата свадьбы вынудила его пойти на такой шаг.

Вежливый служащий «серого рынка» объяснил ему все условия и дополнительные проценты, которые нужно добавлять ежемесячно. Коби вышел с полумиллионом шекелей в руках, через месяц сыграли роскошную свадьбу в Оламей Димоль возле Алмазной биржи Рамат Гана. Коби с женой радостно вели своего сына под хупу, но и тогда мысли об огромных долгах не оставляли их в покое. Коби знал, что ему придется работать как ослу, чтобы расплатиться с ссудой и пытался рассеять свои опасения в горьком спиртном, щедро подливаемом ему друзьями.

После свадьбы сын с невесткой поехали в Европу проводить там медовый месяц. Коби вернулся к своей работе, добавив к 9-ти постоянным часам еще пару часов в день. В начале месяца он заплатил представителю компании долг, в котором процент составлял солидный кусок. Жизнь становилась все трудней и трудней. Коби был истощён усилиями, но понимал, что он должен устоять в сумасшедшей гонке, в которой он вынужден был оказаться. Если раньше он с трудом дотягивал до конца месяца, то теперь ему надо было дополнительно выплачивать ежемесячно 7.500 – и не дай Б-г, если не выплатит.

В один из месяцев у него в наличных оказалось всего 3000 шекелей. Когда к нему домой явился представитель компании, Коби извинился перед ним. Представитель –внушительный мужик широкого телосложения, бритоголовый и весь в татуировках, объяснил с леденящей вежливостью, что со следующего месяца он должен будет платить постоянную сумму с добавлением 1000 шекелей ростовщического процента.

Положение все больше ухудшалось и Коби не смог справиться с этой невозможной задачей. Отчисления раздувались и проценты росли до небес, и он был не в состоянии оплачивать. Представитель являлся к нему домой в начале каждого месяца, подобно швейцарским часам и требовал каждую копейку без капли милосердия.

Коби начал подумывать о конце своей жизни. Каждый месяц он тяжело работал как раб только для того, чтобы заплатить растущие проценты, а что будет с самим долгом? И как он так попался в расставленные сети этих преступников?! Он не видел никакого выхода и тогда в его голове начали всплывать мысли о самоубийстве. Он пытался им сопротивляться, но они были сильней его. Но почувствовал, что все пути в этом мире ведут в тупик. Он начал представлять свои похороны и членов семьи, стоящим возле его могилы. Затем он стал думать о пути осуществления плана. Мысль о повешении ему не казалась достаточно надежной, прыжок с крыши, по сравнению с этим, казался ему слишком страшным, и он пришел к выводу, что лучше всего будет покончить с собой посредством револьвера, который у него есть для самозащиты. Благодаря своей профессии таксиста, когда не однократно оказывался в опасных ситуациях, он добыл разрешение на револьвер и научился им пользоваться, и теперь наконец он сможет им воспользоваться…

Коби начал думать о времени, которое бы подходило для самоубийства. Он решил выбрать время, когда не будет никого, кто сможет помешать ему выполнить свой план и пришел к выводу, что ему это лучше делать в утренние часы и самым лучшим местом будет отдаленное место, на которое он доедет на своем такси.

Иногда ему казалось, что возможно не стоит совершать такой непоправимый поступок, но когда он вспоминал о подписанном займе, то чувствовал, что нет никакого смысла в его жизни и никакой надежды. Он вдруг вспомнил о прошедших годах своего юношества, когда он учился с подачи матери в ешиве Беер Яакова. Но его прежние дружки вернули его к старой привычной жизни, и он оставил простую и приятную жизнь Торы ради светской жизни. Он вспомнил о вере, которая была у него в тот период, об ощущении, что есть кто-то в небесах, кто его охраняет и следит за всеми его действиями. Как я отдалился от того чувства! Подумал он сокрушенно. Как я могу положиться на ту Высшую силу после того, как полностью оставил Его путь?

Он засунул руку в бардачок, в котором лежал револьвер. Вспомнил, как однажды, полтора года назад, при поездке в район горы Хеврон он почти воспользовался им. Он повез в полупраздничный день Суккота семью из Ор Йеуды в Пещеру патриархов. При выезде из Хеврона два молодых араба сделали ему знак рукой, чтобы он остановился. Он отказался, они закрыли ему проход телами и стали махать руками. Он достал револьвер и размахнул им перед ними. Затем нажал на газ и стал удаляться. Они бросили в сторону машины большой блок и повредили ее заднюю часть.

Теперь он нащупал маленький черный револьвер. Четыре месяца назад он участвовал в стрельбищах, чтобы обновить разрешение на пользование оружием. Его выстрелы были очень точными.  Но теперь он не промахнется. Как легко человеку убить самого себя…

Коби знал, что песочные часы показывают, что время прошло. Нет смысла оттягивать дело. Через неделю ростовщик снова появится. Он снова отдаст ему все, что у него есть, но сумма продолжит расти, а с ней и угрозы, намекаемые и не намекаемые.

В конце концов он выбрал для самоубийства утро четверга. Приготовил оружие и зарядил его патронами. Его рука дрожала, когда он закладывал обойму внутрь револьвера, но он знал, что у него нет обратной дороги, почувствовал, что жизнь сталкивает его двумя руками в пропасть.

Наступило утро четверга. Коби простился с женой, и позаботился поговорить с женатым сыном Ором и дочерью солдаткой Орталь. Он сел в машину, в свою последнюю поездку, и завел мотор. Решил ехать в Беер Яаков возле ешивы, в которой он когда-то учился. Не знал точно, почему. Его ноги дрожали по дороге к конечной цели, но не было никакого спасения. Каждый раз, когда у него возникали мысли о сожалении, он вспоминал запечатанное лицо ростовщика. Предпочтительнее увидеть лицо ангела смерти, чем лицо этого сатаны. Он понял, почему они называются «серым рынком», возможно потому, что выражение «черный рынок» занято для другой цели, но это, несомненно, черный из черных рынок.

Он въехал в Беер Яаков и вскоре окажется возле ешивы. Почему он хочет покончить собой возле ешивы? Быть может у него есть желание передать Всевышнему послание? Он проехал мимо ряда темно-зеленых кипарисов и за банком повернул налево. Остановился недалеко от ешивы и выключил двигатель. Уменьшил звук сети радиостанции такси почти до нуля. Вот и все. Пришло время уходить из этого мира. Посмотрел по сторонам, чтобы убедиться, что его никто не видит. Он протянул трясущуюся руку в сторону бардачка справа. Искал внутри, пока не наткнулся на холодный железный предмет. Он закрыл глаза и вздохнул последний вздох. Пытался немного проследить за судом, который он сам себе учинил. Знал, что это последние минуты его трепетной жизни. Он всмотрелся в сторону ешивы и его сердце возопило в направлении того, к Кому он обращался много лет назад. В те мгновения его жизнь превратилась в ничто и в абсолютный ноль. Он знал, что конец пришел и начал направлять револьвер в сторону своей головы, медленно… что делают в последние моменты в жизни? Вспомнил, что еврей должен сказать в последний момент «Шма Исраэль». Начал шептать «Шма… Исраэль…», палец начал изгибаться…

Внезапно он услышал голос из микрофона связи:

«Тринадцатый… тринадцатый… ты где находишься? Ты меня слышишь? Коби?…»

Он автоматически поднял прибор связи и ответил:

«Тринадцатый слышит»

«Где ты находишься?»

«В Беер Яакове».

«Что ты там делаешь?» Коби не знал, что ответить.

«Я должен здесь кое-что уладить…»

«Дела с утра? Так послушай, кто-то из Кфар Хабада заказал такси в Хеврон. Тебе это подойдет? Никто не хочет брать на себя эту поездку… Джеки сказал, что он не готов покончить свою жизнь самоубийством…»

Внезапно Коби, только что пытавшийся покончить с собой, почувствовал непонятное ему желание взять на себя эту поездку. Он помирил свою хотевшую покончить самоубийством силу в душе, что поездка в Хеврон в такой опасный период так или иначе является полу самоубийством. И даже если останется живым, не страшно, всегда можно покончить жизнь самоубийством… и он услышал свой ответ связисту:

«Я принимаю на себя эту поездку». Он получил точное местонахождение раввина из Кфар Хабада. Положил револьвер в глубину бардачка, развернулся и поехал в сторону Кфар Хабада. Вдруг он почувствовал, что каждый миг, когда он едет, не является само собой разумеющимся, ведь он уже мог быть мертвым. Приятный ветер дул и способствовал тому приятному ощущению, которое он никогда не испытывал. Через несколько секунд он вспомнил про ростовщика с серого рынка, и его душа снова приуныла.

Коби остановился возле весьма старого дома. Его там ждал раввин с величественным лицом и белой бородой, который в одной руке держал книгу, а в другой маленькую бутылочку «Мей эден».

«Шалом, уважаемый раввин» сказал Коби, «Это Вы хотели ехать в Хеврон?»

Раввин сделал утвердительный знак головой и сел на переднее сидение. Прежде, чем они поехали, Коби подумал спросить раввина, знает ли он какова цена такой поездки. Но затем он подумал, что поскольку он так или иначе собирается покончить с собой, какая ему разница? Затем он подумал, что после его смерти, его несчастной жене понадобится много денег. Эти бандиты наверняка также будут отравлять ей жизнь. Пока его мысли крутились в голове, он услышал слова раввина:

«Вперед, в дорогу!»

Коби нажал на газ, и они поехали. Раввин сидел рядом с ним и читал старую книгу. Коби почувствовал ощущение взлета и приятности, сидя возле него. Почувствовал, что едет с ангелом. Внезапно его переполнили все воспоминания периода учебы в ешиве. Совершенно забытые слова Торы возникли в его голове, Мидраш и Агада, Алаха. Когда он снова вспомнил про ростовщика, свою душу и ожидающий его в бардачке револьвер, его настроение резко упало.

Внезапно он почувствовал капли воды, которые брызжут на его лицо. Он посмотрел на раввина и увидел к своему удивлению, что он брызгает в его сторону водой и кричит: «Ты сошел с ума? Что вдруг ты решил покончить собой?»

Коби совершенно оторопел. Откуда этот раввин знает, что он хочет покончить собой, ведь он не рассказывал об этом никому? Он пробормотал:

«Кто сказал тебе, что я хочу покончить собой?»

Раввин, который продолжал брызгать на лицо Коби холодной водой, поразился и поднял голос:

«Какая тебе разница, откуда я знаю? Главное, чтобы ты перестал думать эти дурные мысли о самоубийстве»»

Коби позволил холодным каплям течь по его лицу и продолжил ехать. Раввин продолжил свое чтение. Он понял, что что-то особенное происходит сейчас с ним. Позже, когда он вспомнил про свои долги, то подумал, что он должен поделиться со святым раввином, который сидит возле него и читает с замечательной сосредоточенностью книгу. Они приблизились к месту назначения и на дороге уже появился плакат с надписью: «Хеврон». Коби обратился к раввину:

«Вы говорите мне не кончать жизнь самоубийством. Но как я могу продержаться? У меня такие огромные долги, которые только растут и разбухают и у меня нет никакой надежды выпутаться из них. Я имею дело с людьми преступного мира, которые появляются каждый месяц с точностью часов, и требуют деньги и проценты, которые только разбухают. Как же мне не покончить с собой?!»

Раввин посмотрел в его сторону и сказал:

«Сегодня ты прикреплен ко мне». Поедем на могилы праотцов и другие могилы в Хевроне. Помолись вместе со мной от всего сердца и забудь все. После того, как вернемся, все уже уладится само собой… только не беспокойся!»

Они продолжили ехать, пока не добрались до Хеврона. Коби не чувствовал никакого страха, пока раввин сидит рядом с ним. Они доехали до стоянки Пещеры патриархов. Раввин вышел быстрым шагом и Коби закрыл машину и поторопился вслед за ним.  Они прошли проверку безопасности и зашли внутрь. Раввин повернул налево в сторону зала Яакова. Он дал Коби книгу молитв и указал, какие именно молитвы ему читать.

Коби начал произносить слова, и медленно стал чувствовать, что его душа возвращается к нему и раскрывается. Забытые чувства святости возникли и наполнили его. Величие древнего места пробудило в нем благородные чувства. Он молился и слова текли в его душе и превратились в продолжении молитвы в горячие слезы. Вся угнетенность, собравшаяся в его душе, теперь вырвалась наружу. Он почувствовал, что в каждом слове есть ядерная, буквально атомная сила. Огромные силы наполнили его душу, которая только час назад была сжата почти до смерти. Святой раввин молился в другом углу и казался человеком, который не существует в этом мире. Словно у него нет никакой физической реальности – весь белый, весь свет. Коби почувствовал, что он принимает от него огромные силы, которые не его, чтобы спасти его жизнь.

После более двух часов раввин попросил его поехать на могилу раббанит Менухи Рахель. В каждом следующем месте душа Коби пробуждалась все больше и больше. После полудня они вернулись в Кфар Хабад. Коби остановил машину возле дома раввина. В продолжении поездки он даже не думал о деньгах, которые он получит от раввина. Его полагалась приличная сумма, и особенно потому, что дорога так удлинилась. И вместе с тем ему было понятно, что раввин спас ему жизнь, и с чего вдруг он будет брать деньги с того, кто спас ему жизнь?! Но раввин не дал ему много времени на размышления. Он вынул из кармана тысячу шекелей и дал ему.

Коби не знал, что сказать. Раввин опередил его и сказал:

«Дай эти деньги ростовщику, и чтобы тебе сопутствовала удача!»

Коби простился с этим удивительным человеком, который быстро зашел в свой дом. На первый взгляд, почти ничего не произошло. Прошло несколько часов с того момента, как он пытался покончить с собой, и он заработал 1000 шекелей в поездке в Хеврон. Приличная сумма, но это лишь капля в море его долгов, но он не выиграл в лотерею или получил наследство. Но то, что он почувствовал, намного сильнее. Он почувствовал, что Б-г буквально находится с ним, что у него есть неимоверные силы. Святой человек, который знал удивительным образом его намерения, вдруг вздохнул в него бесконечные силы. В реальности ничего не произошло, но душа полностью перевернулась. Вера ощутимо засветила в ней, и он почувствовал огромную радость и веру.

В тот же вечер ему позвонил брат и предложил открыть совместный бизнес в Ришон ле-Ционе. Когда он заплатил ростовщику деньги, включающие оплату за дорогу раввина, он действовал рассудительно и позвонил прямо его начальству. Он подписал ему, при посредничестве и поручительстве брата постоянные чековые платежи на три года. Понемногу и бизнес развился, Коби расплатился с долгами и начал приближаться к тому, кто слышал его в тот день, который должен мог быть его последним днем и стал удивительным образом днем его спасения.

Автор статьи: Одед Мизрахи

Перевод с иврита: Адасса Кочубиевская

Посвящается рабби Гинзбургу в день его рождения, да продлит Всевышний его годы в полном здравии, радости и удачи!

Итваадут -58 (חן) день в году!

 

 

 

Вам также могут понравиться

Добавить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.